Добро пожаловать на OLD.PSYMASTERS.ORG.
    connect loginza
  • АЛЬТРУИЗМ: ТАК НАЗЫВАЕМОЕ ДОБРО (ФРАГМЕНТ КНИГИ) 3 часть из 5


    Дорожкин В.Р.
    канд.психол. наук, доц. каф. глуб.психологии
    и психотерапии Таврического нац. ун-та им.
    В.И.Вернадского


    Парадигма этих двух наук помогает понять адаптирующее значение альтруизма в его позитивной и негативной формах. Мы, в своих дальнейших рассуждениях, будем придерживаться основных идей этологии и эволюционной психологии, а в особенности примем ту из них, в которой утверждается, что если какое-нибудь поведение устойчиво существует в процессе филогенеза, значит, оно необходимо, целесообразно и имеет адаптирующее значение для некоторых жизненных ситуаций, в которые могут попасть отдельный человек, либо общество в целом.


    В заданном контексте особое значение приобретает понятие филогенетической адаптации (ФА), которое в рамках системы этологических понятий предложил И.Эйбл-Эйбесфельдт. По его мнению, под ФА можно понимать любую устойчивую структуру поведения, вносящую вклад в выживание и приспособленность и сказывающуюся на репродуктивном успехе (Eibl-Eibesfeldt, 1989). По мнению ученого, обнаружение ФА возможно, если одни и те же формы поведения: а) прослеживаются в эволюционном ряду биологических моделей: б) наследуются; в) возникают даже в условиях депривации (в частности у слепоглухонемых); г) наблюдаются, хотя и в модифицированном виде, в большинстве культур; д) выявляются в архаических культурах; е) прослеживаются в ходе созревания в онтогенезе (I.Eibl-Eibesfeldt, цит. по: Самохвалов, 1997).Даже при первом взгляде на альтруистическое поведение становится очевидным, что оно отвечает всем требованиям к ФА:А. Прослеживается в эволюционном ряду биологических моделейБольшинство ученых-этологов (М.Л.Бутовская, М.А.Дерягина, В.Р.Дольник, А.И.Протопопов и др.) сходятся в мысли, что родительская забота о потомстве присутствует у всех видов млекопитающих, и если относительно более древних видов и классов это заявление неочевидно, то для млекопитающих это научно подтвержденный факт. Другой факт состоит в том, что среди животных, ведущих общественный образ жизни, широко распространен дележ пищей с родственниками и друзьями (Бутовская, Файнберг, 1993; Brown, Mack, 1978; Goodall, 1986; Perry, Rose, 1994; Silk, 1979). Кроме того, у стадных животных присутствует совместное воспитание и защита потомства (например, у копытных, большинства видов птиц, приматов и пр.). У ряда биологических видов, организация которых построена на иерархической структуре, также присутствует и такой феномен, как формирование коалиционных союзов (например, практически у всех видов человекообразных приматов). Все это является ничем иным, как различными видами альтруизма, который стал устойчивой формой специфических отношений задолго до появления самого человека.Б. НаследуетсяЭксперименты С.Милгрэма со сту­дентами-добровольцами продемонстрировали, что структура человеческих обществ по оси «альтруизм− конфор­мизм− эгоизм» находится в процентном соотношении 1:3:1. Более того, как выяснилось благодаря неоднократному повтору данного эксперимента, это соотношение стабильно для разных обществ, поколений и культур (цитата по: Правоторов, 2004). Постоянный процент людей, склонных к альтруистическому поведению указывает на то, что оно имеет важный адаптивный смысл и наследуется из поколения в поколение.
    Другим доводом в пользу наследования альтруизма является теория группового отбора. В силу наследования произошел эволюционный отбор и закрепление «альтуристического» гена в популяции: дети «неальтруистов» попросту не выживали (Эфроимсон, 1971). Наконец, в качестве ещё одного довода можно использовать данные наблюдений Ф.Дж.Салоуэя за однояйцовыми близнецами. Благодаря сравнительной статистике он установил, что однояйцовые близнецы, даже выращенные врозь, сохраняют такие черты характера, как способность к сочувствию, с вероятностью вдвое большей, чем разнояйцовые близнецы. На основании этих и других наблюдений он сделал вывод о том, что «альтруистические тенденции могут передаваться по наследству, а это убедительно свидетельствует в пользу того, что они развились в ходе естественного отбора» (Салоуэй, 2003).

    В. Возникает даже в условиях депривации (в частности, у слепоглухонемых)
    А.И.Мещеряков (1974) приводит факты, полностью опровергающие наличие какого-либо социального поведения у детей с врожденной или рано приобретенной слепотой и глухотой. Также он указывает на то, что потребности в общении с другими людьми слепоглухонемые дети до специального обучения не проявляют. В то же время автор делает предположение, что, возможно, эта потребность угашена неправильными, непонятными для ребен­ка резкими прикосновениями и движениями при его обслуживании. «Неясность и пугающая резкость контакта со взрослым, отсутствие большинства сенсорных ощущений, а также отсутствие движения вводят слепоглухонемого ребенка в состояние перманентного стресса, когда угнетены большинство основных поведенческих программ. У ребенка не сформированы потребности в социальном поведении и контакте с внешним миром, а стресс блокирует начало их формирования». Ничего удивительного поэтому, что наряду с атрофией ориентировочной потребности, агрессии, сексуального поведения и пр., также угнетен альтруизм. Однако при специальном педагогическом воздействии, которое приводит, в том числе, и к снятию блокады стресса, все биологические поведенческие структуры получают до-развитие. Среди этих структур альтруизм также находит своё место.
    И.Эйбл-Эйбесфельдт, в рамках своих сравнительных исследований пишет, что многие компоненты человеческой мимики, равно как и некоторые жесты являются врожденными и присутствуют в репертуаре слепоглухонемых детей в том же контексте и с той же функциональной нагрузкой, что и у детей с нормальным развитием (Еibl-Eibesfeldt, 1973, 1979 []). Примером обнаруженных универсалий являются «поднятые брови», «улыбка», «крик», «наморщенный нос», «движение языком при флирте», «призывный взгляд», «квадратный рот и обнаженные стиснутые зубы» − как пра-элементы агрессии, сексуального поведения и поведения умиротворения (одна из форм альтруизма).
    Г. Наблюдается, хотя и в модифицированном виде, в большинстве культур, выявляется в архаических культурах
    Один из наиболее изученных видов альтруизма − реципрокный, лежит в основе универсального «правила обмена». В свою очередь, последнее, наиболее ярко реализуется в ритуале потлача, присущего любой «примитивной» культуре (К.Леви-Стросс, 1994; Б.Малиновский, 1998; М.Мид, 1988; М.Мосс, 1996). Об универсальности правила обмена говорят не только этнографы, но и социальные психологи, например, Д.Майерс и Р.Чалдини (1999).
    Д. Прослеживается в ходе созревания в онтогенезе.
    К первым проявлениям альтруизма относится реакция дистресса у новорожденного в ответ на плач другого младенца (Hoffman, 1981). По мере взросления ребенка альтруистическое поведение начинает дифференцироваться и прирастать. Например, в старшем дошкольном возрасте количество поведенческих актов, которые могут быть отнесены к альтруизму, сопоставимо с числом агрессивных поведенческих реакций и достоверно чаще превышает число проявлений сексуального поведения (Павлова, 2008). В целом можно сказать, что в процессе онтогенеза наблюдается значительная динамика в соотношении различных видов альтруизма.
    Таким образом, становится ясным, что альтруизм относится к одному из механизмов филогенетической адаптации (ФА) и является врожденной (на уровне задатка) инстинктивной программой поведения.
    В то же время, определить альтруизм с помощью некоторой системы понятий − это еще не значит понять сам феномен. Ф.Дж.Салоуэй пишет, что альтруизм следует признать одной из самых серьезных концептуальных проблем. «В мире, сложившемся в результате естественного отбора, сотрудничество представляется загадкой, поскольку естественный отбор по самой своей сути эгоистичен и способствует лишь тем адаптивным изменениям, которые идут на пользу конкретной особи». Как тогда мог возникнуть альтруизм в процессе эволюции? И что послужило закреплению этой поведенческой программы в её становлении в качестве одной из ФА?
    В работе «Происхождение видов путем естественного отбора» Ч.Дарвин говорит о возможности влияния естественного отбора на формирование кооперативного поведения (1991). Например, результатом естественного отбора может быть такое новообразование, как побуждение одной особи рисковать жизнью ради другой особи, если такое поведение идет на пользу всем оставшимся членам семьи. Это утверждение основывается на предположении, что члены одной семьи обыкновенно имеют сходные наследственные черты, включая и заложенную в генах склонность к взаимопомощи. Насколько эта группа родственных особей благодаря взаимопомощи добьется преимущества в воспроизведении себе подобных, настолько и ее потомки будут способствовать передаче в следующее поколение наследственного «гена альтруизма», повышающего репродуктивный успех. Причем в данном случае имеются в виду не индивидуальные преимущества, а групповые. Поведение популяции, склонной к внутригрупповому сотрудничеству, дает ей преимущества над популяциями менее альтруистическими. В данном случае речь идет о «естественном групповом отборе» (Дарвин, 1991).
    О важности группового отбора в формировании феномена альтруизма пишут также Д.С.Уилсон и Э.О.Уилсон. Они говорят, что «доводы в пользу группового отбора слишком сильны, чтобы их игнорировать» (цит. по: Эгин, 2007). «Группы с преобладающей долей альтруистов склонны добиваться большего успеха, нежели группы с меньшей долей, и поэтому такие группы бурно разрастаются» (Д.С.Уилсон, Э.О.Уилсон, 2007; цит. по: Эгин, 2007).
    Таким образом, задачи изучения происхождения альтруизма, понимания его сущности и вклада в адаптацию различных популяций и человеческих обществ очень важны с точки зрения этологии и эволюционной психологии. Представители данных направлений по-разному подходили к решению перечисленных задач, рассматривая альтруизм то как механизм индивидуальной адаптации, то как процесс групповой кооперации. Так или иначе, среди этологов и эволюционных психологов нет ученых, сомневающихся в наследуемой природе альтруистического поведения. Споры ведутся скорее относительно его функционального значения. Пионерами же в области изучения альтруизма были Ч.Дарвин, У.Д.Гамильтон ( 1964; 1978), Р.Л.Трайверс ( 1971, 1985) В.П.Эфроимсон и др. Перейдём к рассмотрению их концепций и анализу вклада этих ученых в понимание альтруистического поведения.

    1.3.1. Исследование развития альтруистического поведения в филогенезе. Природный альтруизм
    Почти в любом животном сообществе можно найти примеры самоотверженного служения одного представителя этого сообщества другому. Например, рабочие пчелы трудятся, изнемогая буквально до смерти, чтобы добыть ресурсы для семьи; а когда, защищая улей, они жалят незваного гостя − это равносильно для них самоубийству. У многих общественных животных особи издают при приближении хищника предупреждающие звуки, оповещая сородичей, но при этом рискуют собственной жизнью. Альтруизм выражается не только в поведении, которое выглядит бескорыстным и невыгодным самому индивиду, но и в актах, напрямую вредоносных для него. В то же время альтруистическое поведение всегда способствует благополучию остальных членов общества, либо имеет его своей целью.
    Одним из первых ученых-естествоиспытателей, которые обратили внимание на биологические основы альтруистического поведения, был Ч.Дарвин. Он пытался согласовать существование альтруистических процессов с основными положениями естественного отбора и утверждал, в частности, что проявляющийся альтруизм необходим для выживания других особей своего вида. Учёный также высказывал мысль о возможности сотрудничества между неродственными особями.
    Он полагал, что кооперативное поведение может продолжаться до тех пор, пока преимущества и выгоды, достающиеся сотрудничающим неродственникам, остаются взаимными. Наконец, он сделал предположение о естественном отборе группы, ведущей себя среди других групп как особь среди особей. Ему представлялось, что поведение популяции, склонной к внутригрупповому сотрудничеству, должно дать ей преимущества над популяциями менее альтруистическими. В то же время, констатация эмпирических фактов о более выигрышном положении «альтруистических» популяций над «неальтруистическими» еще не объясняет механизм распространения «альтруистического» гена, также эта констатация не дает ответа на вопрос о том, как поведение, дезадаптирующее его носителя, закрепилось в процессе естественного отбора.
    Первым, кто осветил данную проблему с научных, а не описательных позиций, был У.Гамильтон. Для объяснения альтруистического поведения он предложил идею «итоговой/совокупной приспособленности». По Гамильтону, приспособленность особи не сводится непосредственно к её «репродуктивному успеху» (классическая дарвиновская формулировка). Гамильтон расширил это понятие и включил в него помимо репродуктивного успеха данной особи также сумму воздействий, произведенных ею на репродуктивный успех ближайших родственников, причем по мере ослабления родства значимость этой составляющей убывает. Парадокс же, связанный с тем, что альтруизм можно найти почти во всех животных сообществах, Гамильтон объясняет своей теорией родового отбора (в противоположность естественному отбору, который описал Ч.Дарвин) [1963].
    Если перевести идеи Гамильтона с биологического на психологический язык, то можно говорить о следующем: «итогово приспособленным и адаптированным» будет не тот человек, который достиг многого в жизни, занял высокую социальную ступень и от которого произошло значительное число детей, а тот, кто максимально адаптирует свои последующие поколения, чем заботится об их репродуктивном, социальном и личностном успехе.
    В рамках своей концепции родового отбора Гамильтон с математической точностью показал, что особи внутри вида будут иметь наибольший успех в воспроизводстве, если будут помогать сородичам таким образом, чтобы выгода реципиента (получающего помощь) была значительно больше, чем затраты или ущерб для донора (оказывающего помощь). В частности Гамильтон установил, что для селекции гена альтруизма польза, приносимая им, должна быть как минимум в два раза больше вреда. Причем польза и вред понимаются Гамильтоном не с точки зрения самого донора, а с позиции популяции, в которой этот донор находится. Гамильтон выразил это формулой: К должно быть больше обратного r (К > 1/r), где r − коэффициент родственного отношения реципиентов к донору, а К − величина, определяющая запуск альтруистического поведения (генетическая польза). Так как родные братья и сестры имеют r = 1/2, то гены, ответственные за альтруистичное поведение, будут выбираться только в том случае, когда поведение и обстоятельства таковы, что польза более чем в два раза больше вреда. В идеале, репродуктивная успешность животного не пострадает, если оно пожертвует своей жизнью ради спасения двух своих братьев или сестер. Этим можно объяснить многие примеры бескорыстного поведения у социальных животных. «Если мы имеем явную склонность помогать нашим родственникам, в частности, детям, то лишь потому, что наш разум получает от этого удовольствие, и точно так же он заставляет нас испытывать чувство вины, когда мы отказываем в поддержке любимым людям» ( Салоуэй, 2003). Причём удовольствие и чувство вины связаны с реализацией альтруистического поведения либо отклонением от него.
    Теория «родственного отбора» предлагает вероятностное объяснение альтруистического поведения. По мнению Гамильтона, альтруизм возник в качестве механизма сохранения наших собственных генов в организмах близких нам людей. Однако если мы принадлежим к слишком большим социальным группам, такие альтруистические стремления могут быть недостаточно избирательными. Когда мы рискуем, чтобы оказать помощь людям, которые не связаны с нами узами родства и могут не отплатить нам помощью в ответ, мы наносим вред нашей собственной приспособленности. Если же мы можем идентифицировать людей по их акценту и диалекту как принадлежащих к той же группе, что и мы, существует большая вероятность, что у нас с ними родственные гены, и что они также помогут нам в ответ на наши действия (Палмер, Палмер, 2003).
    Идею родственного отбора Гамильтона легко превратить в этическую максиму: спасая родственников, мы спасаем самих себя (свой геном), даже если это спасение приходится делать ценой собственной жизни. В этом и есть конечный смысл «совокупной приспособленности», отвечающей за «родственный» альтруизм. Кроме всего прочего, теория «родственного отбора» Гамильтона позволяет лучше понять смысл существования различных диаспор и землячеств и то, почему внутри подобных социальных образований усиленно развиты взаимопомощь и взаимоподдержка. В данном случае этническая общность предполагает и генетическое родство, поэтому фасилитирует проявление альтруистических процессов.
    Из своей формулы (К > 1/r) Гамильтон выводит многочисленные гипотезы о социальном поведении . Среди них есть и такая, в которой говориться о том, что проявление альтруистического поведения увеличивается с возрастом, а подлинной альтруистичности человек достигает, только будучи зрелой личностью.
    Интересно, что некоторые идеи Гамильтона не только подтверждают, но и дополнительно развивают некоторые психологические исследования. Так в работе А.Сидоровой на примере контент-анализа блогов женщин-«чайлдфри», а также с помощью ряда психологических методик, статистически достоверно было определено, что нежелание таких женщин иметь детей коррелирует с крайними степенями эгоизма (либо чрезмерно низкого, либо крайне высокого). Это позволило утверждать следующее: отсутствие либо потеря склонности или способности к деторождению всегда влечёт крайние значения по шкале «альтруизм-эгоизм», которые, в конечном итоге, отражают сходную внутрипсихическую динамику таких личностей.
    Теорию Гамильтона подтвердили и многочисленные эксперименты, проводимые в рамках социальной психологии и социобиологии. В частности, Ф.Раштон установил, что у людей есть способность находить и выбирать индивидов, генетически схожих с ними, даже среди неродственников. В работе Джадж и Хрди было продемонстрировано, что доля наследства, оставляемого одним из родственников, напрямую связана со степенью родства с ним. Теория родственного отбора объясняет и необычные отношения в некоторых обществах, где дядя по линии матери играет в воспитании детей более значимую роль, чем муж матери ( Мид, 1988; Палмер, Палмер, 2003). Биологический отец передает детям 50% своих генов, а у дяди и племянников общими являются около 25% генов. Если отцовство достоверно, тогда теория внутренней согласованности предполагает, что заботиться о детях должен отец, а не дядя. Описанный выше тип отношений может отмечаться только в культурах, где высока частота адюльтера, и в результате этого проблема отцовства трудно разрешима ( Палмер, Палмер, 2003).
    Взгляды Гамильтона оказали значительное влияние на все дальнейшие исследования как самого альтруизма, так и социального поведения в целом. Однако данная теория не охватывает все виды альтруистических поступков. Существует принципиально иной тип альтруизма, который отмечается между различными членами общества при отсутствии какого-либо родства и даже видового сходства. Данный вид альтруистического поведения получил название «реципрокный альтруизм», а его основным апологетом стал Р.Л.Трайверс ( Trivers, 1971).
    Согласно концепции Трайверса, особи в случае необходимости помогают друг другу, «понимая», что им также не откажут в последующей помощи. Сотрудничество, если оно служит взаимной выгоде, может иметь место среди неродственных, а иногда и даже относящихся к разным видам особей. «Симбиотическое сосуществование различных живых существ, возможно даже между представителями различных таксономических царств. Вполне мыслимы и практически наблюдаются акты альтруизма между человеком и собакой, человеком и лошадью (причём «в обе стороны»), и даже между собакой и лошадью» (Протопопов, 2002).
    Главное в теории Трайверса состоит в том, что память о прошлом − и, как следствие, способность различать тех, кто вел себя альтруистично или враждебно, − требует развитого мозга ( Trivers, 1971). Один из последователей трайверсовских идей Ridley положил эту мысль во главу своих теоретических построений. Именно Ridley определил, что у всех общественных животных наблюдается прямая корреляция между размерами неокортекса особи и типичными размерами группы, живущей сообща. Ведь действительно, чтобы взаимный альтруизм работал, члены группы должны узнавать друг друга, запоминать и оценивать взаимное поведение, выявлять и исключать «обманщиков», которые получают помощь, но ничего не дают взамен.
    Для того чтобы животное могло осуществить все эти действия, у него должен быть в достаточной степени развит головной мозг, причем, чем больше группа, тем выше должен быть социальный интеллект у каждой отдельной особи. «Не является исключением из этого правила и вид Homo Sapiens: неокортекс у нас самый большой в живой природе, и группы, которыми мы живем, также самые многочисленные». Эту же мысль отстаивает М.Смит ( Maynard Smith, 1993). С помощью компьютерного симулятора он показал, что взаимный альтруизм может развиться лишь у тех видов, которые способны различать конкретных представителей своей популяции, поскольку такое альтруистическое поведение способствует более успешной репродукции этих видов. Наиболее подходящие для этого условия чаще всего бывают в маленьких группах (например, как у приматов или в человеческих сообществах) ( Maynard Smith, 1993). В то же время, раз возникнув и генетически закрепившись, реципрокное альтруистическое поведение требует подчас лишь сигнатурного распознавания представителя определенного вида и его намерений.
    В этом смысле взаимный альтруизм способен тоньше дифференцировать представителей вида, чем родственный. Он позволяет градуировать популяцию не только с помощью критерия «родственник-неродственник», но и с помощью «шкалы партнерства». Взаимный альтруизм менее жесток и как бы «более обезличен». Место партнера по взаимодействию ситуативно и его может занять любой член сообщества, в то время как места «родственников» фиксированы и заняты строго определёнными членами группы.
    Реципрокный альтруизм эволюционно гораздо моложе родственного. Его возникновение обеспечило появление таких аспектов поведения, как дружба, благодарность, симпатия, доверие и недоверие, чувство вины, непорядочность, лицемерие и моральная агрессия, которые также можно считать адаптивными механизмами, способствующими функционированию высокоразвитой системы альтруистических взаимоотношений ( Trivers, 1971). В то же время, взаимный альтруизм может быть адаптивным только в том случае, если присутствуют адекватные «полицейские» механизмы. К ним Трайверс относит моральную агрессию (под которой он понимает реактивное либо отсроченное наказание за нарушения норм взаимности) в ответ на некооперативное поведение, чувство справедливости и способность выявлять обманщиков ( Trivers, 1971). В последующих исследованиях это было подтверждено на людях. Так, в частности, в своих экспериментах Мили установил, что лица мошенников запоминаются намного лучше, чем предъявленные на фотографиях лица обычных людей (Mealy, 1993; данные по: Палмер, Палмер, 2003).
    Один из последователей идеи взаимного альтруизма Р.Аксельрод в конце 1970-х гг. на основе теории Трайверса пришёл к парадоксальному выводу: эгоистичные индивиды во имя их же эгоистического блага должны стремиться быть добрыми, прощающими и независтливыми. Были определены и условия, в которых стратегия взаимности становится наиболее выгодной. К этим условиям относятся: высокая продолжительность жизни, узнавание друг друга и возможность повторных встреч (данные по: Харбах, 1997). Интересно, что сам Р.Л.Трайверс среди жизненных условий, благоприятствующих закреплению взаимной стратегии поведения, также выделял схожие моменты. К ним он относил: 1) наличие высокой вероятности для повторяющегося взаимодействия; 2) преобладание взаимодействия с малым числом одинаковых индивидов (низкая дисперсия по взаимодействию); 3) симметричность отношений в паре альтруистов (когда они в состоянии уравнять пользу с затратами). При этом Трайверс подчеркивал главное условие: наличие долговременных взаимоотношений, при которых альтруизм успеет стать обоюдным ( Trivers, 1971).
    Опираясь на собственные положения, Трайверс утверждает, что в человеческом обществе существуют универсальные нормы, которые регулируют большую часть социальных взаимодействий. В дальнейшем эти нормы получили название «норм реципрокности» и были подробно проанализированы А.Гоулднером ( Gouldner, 1979). Среди данных норм Гоулднер выделил две основных:
    1.нужно помогать тем, кто уже оказал кому-то помощь;
    2.нельзя вредить тем, кто оказывает помощь ( Gouldner, 1979).
    По Гоулднеру, эти взаимосвязанные базовые нормы содержатся в любом известном моральном кодексе и образуют важный элемент общественной стабильности.
    В отличие от других родоначальников исследований по альтруизму, Трайверс считает реципрокный альтруизм эгоистичным поведением, которое заложено в обоюдном характере первого. «Я тебе, ты мне» – так выглядит наиболее жесткая формула взаимного альтруизма. То, что реципрокный альтруизм − это своего рода отношения между взаимодействующими партнерами, представляется очень важной мыслью. Будучи взаимным, альтруизм становится одним из системных качеств, обеспечивающих целостность группы. Он задает своего рода порядок обмена услугами, на основе которого люди могут вступать в договорные взаимодействия. Наличие механизмов контроля за соблюдением правила взаимности позволяет поддерживать норму реципрокности в рабочем состоянии.
    Интересно, что взаимный альтруизм Трайверса является и механизмом поддержания порядка доминирования. Чтобы сохранить высокое положение или поднять свой статус, члены общества вынуждены формировать крепкие альянсы (что наглядно прослеживается, например, у приматов). Те из них, кто способен образовывать альянсы не только с родственниками, имеют значительное преимущество перед теми, кто может заключать союзы лишь со своими родными (De Waal, 1982; Goodall, 1986). Сохранение альянса с неродственными соплеменниками зависит от степени выполнения взаимных обязательств. При изучении коалиций и альянсов у приматов было обнаружено наличие у них хороших способностей к пониманию своих реципрокных обязанностей ( Палмер, Палмер, 2003).
    Как пишет сам Трайверс ( 1971; 1985), реципрокность наряду с языком и способностью к систематизации позволила человеку сформировать устойчивые общности, ставшие основой культуры и цивилизации. Кроме того, схема взаимности поведения вышла за пределы «старой формой принуждения, которая возникла благодаря ригидной родственной селекции». В этой мысли Трайверса опять прослеживается идея эволюционной последовательности возникновения различных видов альтруистического поведения, о которой мы говорили чуть выше.
    Заслуга Трайверса состоит ещё и в том, что он исследовал функции моральной агрессии, среди которых выделил: а) противодействие склонности альтруиста продолжать альтруистическое действие (при отсутствии взаимного встречного поведения); б) предупреждение «неблагодарного» индивида, что впредь вести себя подобным образом небезопасно; в) исключение соответствующих индивидов из общения.

    Отдельного внимания заслуживает взгляд на альтруизм, который выводит его из теории групповой приспособленности. Первым, кто наиболее полно развил данную идею, был В.С.Уинни-Эдвардс ( Wynne-Edwards, 1962). Он рассматривал групповой отбор как дополнительный механизм эволюции и считал, что этот вид селекции содействует «самоотверженному» поведению индивида, благу группы и, в целом, вида ( Wynne-Edwards, 1962). Одним из важных следствий механизма группового отбора Уинни-Эдвардс считал ограничение индивидуальной репродуктивной экспансии, как реакции на чрезмерное повышение численности в популяции. Данное ограничение автор причислил к одной из разновидностей альтруизма.

    Особую концепцию того, откуда эволюционно мог возникнуть приоритет групповых интересов в ущерб личных, предлагает В.П.Эфроимсон. Свою идею он, также как и Гамильтон, основывает на родительском инстинкте заботы о потомстве. «Вероятно, никто не станет оспаривать, что готовность матери (иногда и отца) рисковать жизнью, защищая детеныша, не вызвана воспитанием, не благоприобретена, а естественна, заложена в природе родителей. Но родительское чувство у животных длится лишь тот срок, на протяжении которого детеныши нуждаются в помощи и охране, а затем родители перестают обращать внимание на выросших детей. Очевидно, очень сложный инстинкт, действует лишь постольку, поскольку он помогает охране потомства и процветанию вида… Наоборот, отсутствие наследственных родительских инстинктов исключает передачу этого дефекта потомству – оно просто не выживало без помощи родителей и родители, лишенные таких инстинктов этот свой дефект больше не передавали» . С точки зрения Эфроимсона, «эгоистические» родители обрекают свое потомство на вымирание, тем самым, блокируя распространение собственного генотипа. Как пишет по этому же поводу А.И.Протопопов: «отбор, вообще говоря, не поддерживает именно альтруистов − вместо этого он окорачивает чрезмерных эгоистов» . То есть ген эгоизма не передается в последующие поколения, так как потомство «чрезмерных эгоистов» попросту не выживает.

    Конец 3 части из 10



    Материал публикуется
    с личного разрешения автора, Дорожкина В.Р.
    для проекта "Мастера Психологии"
    При перепечатывании любых материалов
    ссылка на www.psymasters.org обязательна.












  • Цитата дня


    "Природа наделила нас двумя ушами, двумя глазами, но лишь одним языком, дабы мы смотрели и слушали больше, чем говорили..."


    -Сократ-

  • Анонсы

    Международный обучающий проект
    "Образование через всю жизнь и продвижение психического здоровья"

    Объявляется набор участников в бесплатную образовательную программу
    ПОДРОБНЕЕ ...


    ------------------------------------------------

    Обьявляется набор на курс
    "ДИНАМИЧЕСКИЙ СУДЬБОАНАЛИЗ"!

    Автор и руководитель - проф. В.Е.Лановой
    ПОДРОБНЕЕ ...

    ------------------------------------------------

    Майский психологический лагерь
    "ПСИХОТЕРАПИЯ БЕЗ ГРАНИЦ"

    22-25 мая 2014 года
    ПОДРОБНЕЕ ...

  • Последние комментарии

    Tessi

    Прочила статью - получила настоящее удовольствие от такой точной, логически правильной картинки.... К последнему сообщению

    Надутый человек или как я объяснял маленькой дочке, что такое пузырь нарциссизма

    Tessi в 23.12.2013
Проверка тиц
Текущее время: 00:12. Часовой пояс GMT +3.
Powered by vBulletin Copyright © 2011-2012 PSYMASTERS.ORG by mr.London Перевод:zCarot